Статьи

По Европе бродит призрак «сланцевой революции» / Камран Гасанов

03.06.2015 22:41

Европейский союз продолжает "охоту" за альтернативной энергией. Обсуждаются несколько новых маршрутов импорта: из Алжира, Катара, Азербайджана, Ирана, Туркмении и даже США. Реализация каждого из проектов сопряжена с трудностями. Катарский газ идёт по ненадежным ближневосточным маршрутам, Алжир находится в нестабильном Магрибе, а мощность TANAP без иранского и туркменского газа не удовлетворяет запросы ЕС. Если Туркмения обращает весь газовый поток на китайский рынок, то Иран также подумывает об этом. Что касается американского сланцевого газа, то его транспортировка требует серьезной технической доработки. Остается ещё одна возможность снижения зависимости от России — сланцевые месторождения.

По данным Международного энергетического агентства (МЭА) за 2013 г., ЕС располагает 13,3 трлн кубометров сланцевого газа. Это на 5,5 трлн меньше, чем в США, занимающих 4-е место в мире. За исключением Италии, Швейцарии и южных Балкан, сланцевые залежи разбросаны по всей Европе. В тройку стран-лидеров по запасам входят Польша (4,2 трлн. м3), Франция (3,9 трлн.м3) и Румыния (1,4 трлн.м3). Несмотря на немалый потенциал, мнения в отношении добычи расходятся. Так, против применения техники гидроразрыва пласта (англ. "fracking") выступают Франция, Болгария и Нидерланды. Если французы делают ставку на АЭС, а голландцы — нетто-экспортеры газа, то болгары могут рассчитывать на свое выгодное географическое положение. В независимости от того, кто будет поставлять газ, болгары его получат первыми. Поддержку фрекингу выражают правительства Румынии, Британии, Польши, Литвы, Испании и Дании. Здесь это объясняется либо высокой зависимостью от импорта, как Прибалтика, Польша, Испания и Соединенное Королевство, либо желанием стать крупными европейскими донорами, как в случае с Румынией и Данией.

Посередине этих "крайностей" находится Германия. Бурение скважин приостановлено решением правительства от 2011 г., но регламентирующего фрекинг закона еще нет. "Гордиев узел разрубит" голосование в Бундестаге до летней паузы. Подготовленный законопроект запрещает "нетрадиционный фрекинг", т.е. выше 3 тыс. метров под землей. Запрет обусловлен опасением причинения вреда грунтовым водам при использовании химикатов для бурения. Традиционный фрекинг (ниже 3. тыс. м) с некоторыми ограничениями легализуется. Самый спорный пункт будущего закона — то, что он разрешает проведение испытательных бурений. До 2018 г. независимая комиссия в составе госведомств и научных центров даст оценку ущербности гидроразрыва пласта для окружающей среды. После 2018 г. на основе положительного отзыва могут быть одобрены коммерческие предложения. Как пишет Die Welt, многие коммуны и федеральные земли уже окрестили будущий закон как закон, «разрешающий фрекинг». В свою очередь, сторонники фрекинга обвиняют противников «экологоколониализме».

Министр экономики Зигмар Габриэль ходатайствует за «облегчения для предприятий, которые хотят проверить условия фрекинга в Германии». Министр экологии Барбара Хендрикс говорит об ужесточении правил. Как пишут немецкие СМИ, в правящей коалиции (СДПГ и ХДС/ХСС) большинство депутатов настроены против. Политики находятся "в тисках" защитников природы и энергетических ТНК. Европейские департаменты Royal Dutch Shell и Exxon Mobil буквально заваливают кабинеты чиновников просьбами поддержать закон, обещая взамен десятки тысяч новых рабочих мест и экономический рост. Немецко-канадская Central European Petrolium в 2014 г. провела показательное бурение в Передней Померании, где регистрировала отсутствие загрязнения питьевой воды или землетрясения. Exxon Mobil убеждает на личном примере. Сотрудники компании демонстративно пьют т.н. "фрек-жидкость", которая закачивается в землю при добыче сланцев. Сотрудники живы, мол никакого вреда для экологии нет. Влияние энергоконцернов тщательно скрывается. Недавно интернет-платформа "Abgeordnetenwatch" обвинила правящие партии в том, что те отказываются обнародовать информацию о визитах лоббистов в их бюро.

Deutsche Wirtschaftsnachrichten приводит список организаций, "проталкивающих" интересы ТНК. К последним причисляются "Businesseurope", "International Gas & Oil Producers Association" (IOGP), "Shale Gas Europe", "European Energy Forum" (EEF), "Die American Chamber of Commerce to the European Union"(AmChamEU). Можно себе представить совокупный эффект лоббистов, когда за ними стоят нефтегазовые гиганты в лице Shell, Chevron, Statoil, OMV, DONG Energy, Statoil, Total, ExxonMobil, GDFSuez, BP, Total, Statoil, Halliburton и Royall Dutch Shell. Немецкое информагентство подчеркивает сцепленность энергоиндустрии и политиков. Например, депутаты от правящей Христианско-демократической партии Ангелика Нибер, Вернер Ланген и Герберт Ройль — активные члены вышеупомянутой EEF.

Коммерческие сигналы быстрее доходят до Брюсселя, чем до европейских столиц. В 2013 г. Еврокоммиссар по климату Конни Хедегаард отмечала, что сланцевый газ мог бы стать «фактором, меняющим правила игры» и помочь сократить выхлопные газы в Европе. В обнародованной в марте 2014 г. энергетической стратегии говорится, что сланцевый газ «может частично компенсировать снижение производства традиционного газа [имеется ввиду истощение запасов Северного моря—К.Г.] при условии общественного одобрения и с учетом экологической приемлемости». К ярым защитникам сланцев относится и нынешний президент Европейского Совета Дональд Туск. Евробюрократы, не избирающиеся народом, охотно поддерживают бизнес-интересы. Однако воплощению их замыслов препятствует европейское право. Страны-члены сохраняют компетенцию в выборе источников энергоснабжения. У ЕС есть лишь один инструмент вмешательства — контроль последствий эксплуатации месторождений для окружающей среды. В июне 2014 г. Комиссия открыла судебное разбирательство против Польши, Национальное законодательство одобряло бурения до 5 тыс. метров без оценки их экологического воздействия.

При оценке будущего сланцевой индустрии в Европе нельзя не учитывать экономические перспективы. По данным IOGP, если добыча газа будет производиться в максимально возможных объемах, то зависимость ЕС от импорта к 2035 г. составит 62%. В 2011 г. совокупный ввоз составлял 61% от общего потребления этого вида топлива. Не самый утешительный прогноз. Второй момент — рентабельность. В документе Европарламента «Shale gas and EU energy security» за 2014 г. утверждается: «Согласно МЭА, производственные расходы в Европе могут быть в два раза выше [чем в США — К.Г.] из-за геологических и географических различий, высокой плотности расселения, отсутствия инфраструктуры во многих местах». Дополнительное насыщение рынка углеводородов приведет к снижению цен в Старом свете на 6—14%. Окупаемость добычи стоит под большим вопросом, учитывая, что даже в США с их развитой инфраструктурой из-за низких цен предприятия вынуждены сворачивать проекты. Консалтинговая фирма IHS ожидает в лучшем случае 4 млрд кубометровв год к 2020 г., при том, что нынешнее потребление лежит в районе 520 млрд кубометров.

Что касается роли США, то есть два варианта трансатлантического партнёрства. Первое — импорт американского газ в Европу. Энергокоммиссар Марош Шевчович поддерживает эту идею. В интервью Wall Street Journal он выразил надежду на то, что в будущем договоре о "Трансатлантическом торговом и инвестиционном партнерстве" (TTIP) удастся зафиксировать главу об энергетике. Министр энергетики США Эрнест Мониц положительно рассматривает сланцевый "гешефт" между берегами Атлантики. Однако слабые коммерческие стимулы делают экспорт маловероятным. Для того, чтобы американский газ попал "на стол" европейцев, его надо будет сжижать в США и регазифицировать в Европе. Дорогой сжиженный газ выгоднее продавать на азиатском рынке, где цены привлекательнее. Второй вариант сотрудничества — участие американских ТНК в производстве сланцев в самой Европе. Эксперты из Deutsche Wirtschaftsnachrichten опасаются, что подписание TTIP «облегчит проникновение американских концернов на европейский рынок». Последние могут использовать предусмотренную в TTIP оговорку "о защите инвестиций" «в качестве стратегического рычага для внедрения фрекинга в ЕС».

Что в "сухом остатке"? Одобрение Бундестагом закона о фрекинге может стать первым шагом к добыче сланцев в ФРГ. Это будет возможно не раньше 2018 года, когда появятся оценки независимой комиссии. Перспектива общеевропейского урегулирования тормозится ограниченностью компетенций институтов ЕС. Решающую роль играют коммерческие соображения. Высокие производственные расходы делают добычу и продажу сланцев нерентабельными. Нельзя сбрасывать со счетов и роль экологических НПО и граждан, усилиями которых были "заморожены" проекты Chevron в Польше и Румынии. Сторонники фрекинга в Европе не могут отрицать эти реалии. Получается, что "сланцевая революция в Европе" — скорее оружие политического устрашения, чем реальность. Не случайно, про неё вспомнили во время украинского кризиса. В действительности, главная энергетическая дилемма Евросоюза состоит в выборе партнёров.

 

Другие публикации


20.07.17
Афганистан на грани нового раскола
23.06.17
Доклад "Развертывание сил НАТО в странах постсоветской Прибалтики". Часть вторая
23.06.17
Доклад "Развертывание сил НАТО в странах постсоветской Прибалтики". Часть первая
24.05.17
Теракт в Манчестере: игра идет по-крупному
21.05.17
Что ожидать России от Беларуси?
VPS

Новости партнёров


Загрузка информера...