Статьи

Как олигархи выбирали президента Ельцина. Воспоминания / М.А. Колеров

13.01.2023 21:18

Капитуляция перед Зюгановым: инициатива 13-ти предпринимателей в зеркале русских СМИ (1996)

После победных для коммунистов выборов в Государственную Думу в декабре 1995 года и накануне выборов президента России, назначенных на 16 июня 1996 года, либеральный политический класс России не верил, что Борису Ельцину, чей электоральный рейтинг тогда колебался в пределах между одним и двумя процентами, удастся составить хоть какую-то конкуренцию уверенно наступавшему лидеру коммунистов Геннадию Зюганову и вновь стать президентом России. Либеральный класс вынужденно поддерживал Ельцина, но лихорадочно искал новых имен и способов избежать коммунистической контрреволюции. В тени растущей коммунистической оппозиции росли ставки бонапартиста генерала Александра Лебедя социал-либерала Григория Явлинского, но у них не было никаких шансов победить Зюганова.

В таких условиях крупный российский бизнес в начале 1996 года, предварительно собрав значительные средства на финансирование президентской кампании Ельцина, начал собственную политическую игру, целью которой было сохранение рыночной реальности в ожидаемом неокоммунистическом будущем. Нелишне заметить, что крупный бизнес был более чем обязан режиму Ельцина своими капиталами и влиянием. Именно по указу Ельцина от 31 августа 1995 г. была совершена фактическая льготная приватизация через схему «залоговых аукционов», по которой бизнес предоставил государству кредиты под залог крупнейших промышленных и особенно — нефтедобывающих и нефтеперерабатывающих государственных активов. Предприятия эти бизнес взял в управление, а средства на кредиты позаимствовал через банковские схемы у того же государства. Так в России родились крупнейшие и политически активные финансово-промышленные группы (хозяев которых позже назвали «олигархами»): МОСТ В.А. Гусинского (включавшая влиятельные медийные активы: радио «Эхо Москвы», телеканал НТВ, газету «Сегодня»), Менатеп-ЮКОС М.Б. Ходорковского, ОНЭКСИМ-Интеррос В.О. Потанина, группа Б.А. Березовского, Альфа-Групп М.М. Фридмана и другие.

Не успев даже в полной мере войти в управление полученной собственностью, крупнейшие бизнесмены, видимо, решили, что Ельцин уже не может служить достаточным гарантом стабильности их приобретений. В начале 1996 г. в кругу Гусинского, Березовского и Ходорковского возникла идея примирения (раздела власти) с Зюгановым ради сохранения собственности и минимальных политических свобод, служащих пространством реализации и защиты собственности. Первое российское исследование политической истории президентских выборов 1996 года предпринял Олег Мороз. В посвященной этому мемуарно-публицистической книге он несколько страниц уделил и описываемой политической инициативе бизнесменов. Он вспоминает о том, как инициаторы начали публичную игру: «Вечером 24 апреля в программе «Вести» Российского телевидения прозвучало сообщение, что в ходе предвыборной гонки, похоже, нарождается еще одна, четвертая, сила: согласно сообщению некоего «осведомленного источника», в последнее время «группа крупнейших российских промышленников и предпринимателей вела консультации с командами двух претендентов на пост президента России — Ельцина и Зюганова; результатом этих консультаций, вероятно, завтра станет открытое обращение предпринимателей к кандидатам в президенты». Обращение появилось не «завтра», то есть не 25-го, а 27 апреля. Называлось оно «Выйти из тупика!»...» (1)

Глава тогдашнего предвыборного штаба Ельцина А.Б. Чубайс, похоже, не вполне откровенно признался этому мемуаристу: «Выступить с таким обращением — это, по-моему, была идея Березовского. А может быть, и Ходорковского. Он ведь, как известно, тогда был близок с коммунистами. Но я точно не помню, боюсь соврать. Нет, кажется, вспомнил — это придумал Кургинян...» (2)

Источник либерального журнала «Деньги» в среде банкиров в те дни прямо признал, что «инициаторами стали г-да Гусинский и Березовский» (3). Сегодня один из участников инициативы, Ходорковский вспоминает о себе, своем круге и истинном замысле инициативы так: «Я хорошо помню мрачноватый январь 1996-го. Тогда большинству либералов и демократов было трудно и тоскливо на душе от безоговорочной победы КПРФ на думских выборах-1995. (...) у меня и моих единомышленников не было ни малейшего сомнения, что Зюганов выиграет предстоящие президентские выборы. (...) И потому я в числе еще 13 крупных (по тем временам) бизнесменов подписал в марте 1996 г. почти забытое сейчас обращение «Выйти из тупика!». Идея письм была очень проста, и, самое главное, мы в нее верили. Президентом России должен оставаться Борис Ельцин—как гарант гражданских свобод и человеческих прав. Но премьер-министром, причем, несомненно, с расширенными полномочиями, должен был стать глава КПРФ . (...) Компромиссный тандем Ельцин-Зюганов, как всем известно, не состоялся. Почему — лучше знают те, кто в отличие от меня был вхож в Кремль. Может быть, виноваты ближайшие ельцинские соратники, которые не хотели ничем делиться, пусть даже и ради предотвращения затяжной нестабильности. А может — Геннадий Зюганов, который то ли не хотел договариваться, будучи на 100% уверен в собственной победе, то ли, как считают теперь многие его товарищи по чувствам и перу, просто не хотел власти в России...» (4)

Настоящие заметки, основанные на личных наблюдениях, сделанных мной в ходе событий, имеют своей целью описание не внутренней, а общественной:, в каком-то смысле «электоральной» истории инициативы предпринимателей—так, как она отразилась в СМИ , и так, как это переживалось читателями тогдашних русских газет. Именно ради описания общественной истории автор этих строк намеренно отказался от идеи дополнить материалы СМИ интервью с участниками и наблюдателями инициативы (они были бы легко доступны сегодня). 

*** 

Обращение «Выйти из тупика!»

Итак, «Обращение 13-ти предпринимателей» (далее — О13), названное «Выйти из тупика!», было широко опубликовано в печати 27 апреля 1996 г. (5)  — в последние дни перед традиционной праздничной майской паузой в России, когда с 1 по 9 (фактически по 12-15) мая медийная, деловая и политическая активность в те времена замирала.

С точки зрения учета, развития или корректировки общественной реакции, время для публикации О13 было выбрано крайне неудачно. Легко предположить, что оно и не предполагало широкой общественной дискуссии, будучи обращенным едва ли не персонально к Зюганову и его ближнему кругу. О13 гласило (приводится полностью):

«1. Общество расколото. Этот раскол катастрофически нарастает с каждым днем. И трещина, разделяющая нас на красных и белых, своих и чужих, проходит через сердце России. Накаленность предвыборной борьбы побуждает противоборствующих политиков к тому, чтобы одним ударом разрубить узел проблем. Силы, стоящие за спиной политиков, ждут своего часа. Они выйдут на следующий день после победы любой из сторон. Это произойдет с роковой неизбежностью вопреки воле отдельных личностей. Ибо после июньского голосования фактически от лица меньшинства, каким бы оно ни было—красным или белым, будет получен мандат на реализацию правил жизни, категорически отвергаемых огромной частью общества. В итоге победит не чья-то правда, а дух насилия и смуты. Взаимное отторжение политических сил столь велико, что утвердиться одна из них может только путем, ведущим к гражданской войне и распаду России. В этот ответственный час мы, предприниматели России, предлагаем интеллектуалам, военным, представителям исполнительной и законодательной власти, правоохранительных органов и средств массовой информации, всем тем, в чьих руках сегодня сосредоточена реальная власть и от кого зависит судьба России, объединить усилия для поиска политического компромисса, способного предотвратить острые конфликты, угрожающие основным интересам России, самой ее государственности.

2. Российских политиков необходимо побудить к весьма серьезным взаимным уступкам, к стратегическим политическим договоренностям и их правовому закреплению. Иного выхода просто не существует. Понятна правда каждой из политических сил. Но ни одна из сил не имеет права навязывать насильственно свою правду всему обществу.

3. Мы разделяем особую озабоченность патриотических сил судьбой России, как исторически сложившегося союза народов, в котором русские играли и играют собирательную роль. Однако надо четко проводить грань между конструктивной политикой и политическими спекуляциями на национальной теме. В России более половины детей от смешанных браков. Мы все —россияне, и попытка разделить нас на чистокровных и инородцев противоречит самой сути державного собирания народов России.

4. Деятельность отдельных политических фигур и политических партий привела к тому, что слово «демократия» превратилась для многих наших сограждан чуть ли не в синоним антигосударственности. Оплевывание исторического пути России и ее святынь, растаптывание советского периода истории России — должны быть отвергнуты и прекращены. Вместе с тем нельзя допустить, чтобы оказались дискредитированы великие идеи свободы (6), гражданственности, справедливости, права и правды — это и есть то главное, что несет с собой действительное народовластие. Именно это отстаивается миллионами россиян, вопреки издержкам реформ голосующими за демократов и демократию. Это голосование говорит о том, что Россия неукротимо стремится взять правовой барьер, барьер информационной и гражданской свободы. Такое стремление необходимо уважать и учитывать в политическом балансе, создаваемом во имя защиты государственных интересов России.

5. Серьезная политическая угроза таится в том, что в случае победы на президентских выборах коммунисты реально могут предпринять попытку идеологического реванша. Это дает основание в очередной раз видеть в них силу, желающую принимать окончательные и жизненно важные решения как бы от лица всего общества. Мы понимаем коммунистов и признаем их политическую роль как выразителей интересов социальных групп, пострадавших в ходе непростых, а часто и ошибочных реформ. Однако коммунисты не должны настаивать на отказе общества от мучительных достижений последнего десятилетия. Осуждая исторические итоги этого десятилетия, обвиняя все другие силы в губительных шагах, коммунисты как минимум должны разделить с ними ответственность за развал СССР. На КПСС, преемницей которой объявила себя КПРФ, лежит и ответственность за поражения застоя. Именно под руководством КПСС страна проспала две технологические революции: современную индустриальную в 60-е годы и информационную в 70-е. Именно верхушка КПСС повинна в развале СССР. Именно этот развал повлек за собой необходимость проводить реформы в условиях дефицита государственного управления и именно «аварийность» этого реформирования привела к столь болезненным социальным издержкам. Используя в борьбе за власть ностальгию, тоску по безвозвратно утерянному образу жизни 70-80-х годов, коммунисты фактически делают то же, что и их противники! Те эксплуатировали несбыточную мечту населения о скором обретении западного благополучия. Эти эксплуатируют мечту о мгновенном возврате к стандартам жизни эпохи застоя. Думают ли политики о том, что произойдет после очередного неизбежного разочарования народа?

6. Между тем ко второй половине 90-х годов процесс реформ все же начал давать определенные, хотя и слабо ощутимые результаты. Суля возврат утерянного, на деле легко лишить страну этих трудно и мучительно достигаемых приобретений и лишь умножить утраты, еще сильнее дестабилизировать общество. Тот, кто игнорирует это обстоятельство, берет на себя всю тяжесть политической и исторической ответственности за очередную государственную и социальную катастрофу.

7. Последние действия различных политических сил подтверждают наши худшие опасения. Налицо вытеснение государственных интересов узкополитическими целями. Угроза государственного кризиса, вызванная необдуманной денонсацией Беловежских соглашений, - вот один из тревожных моментов предвыборного противостояния, когда Государственная дума причинила явный ущерб государственности. Реализация этих инициатив превратила бы Россию в мини-СССР, который вскоре мог быть развален тем же способом, каким развалили большой Союз в 1991 году. Говоря об этом, мы вовсе не хотим демонизировать одну из сторон. Ущерб государственности наносят и действия нынешней власти. Неэффективная политика в Чечне, создавшая угрозу целостности России, — вот еще один из эпизодов обесценивания государственности в угоду политики. Трагичность нынешней ситуации как раз и состоит в том, что политическая борьба толкает каждую из основных сил на действия, вольно или невольно наносящие ущерб и без того хрупкой государственности России.

8. Мы понимаем, что в стране найдутся группы, желающие наращивать политическую напряженность. Найдутся и сознательные, упорные антигосударственники. Мы не хотим заниматься изнурительной и бесплодной педагогикой! Те, кто посягает на российскую государственность, ставя на идеологический реваншизм, на социальную конфронтацию, должны понимать, что отечественные предприниматели обладают необходимыми ресурсами и волей для воздействия и на слишком беспринципных, и на слишком бескомпромиссных политиков. Россия должна войти в XXI век процветающей, великой державой. В этом наш долг перед нашими предками и потомками.

Президент группы Логоваз — Б. А. Березовский

Председатель Правления Сибирской нефтяной компании — В. А. Городилов

Председатель Совета Директоров группы Мост — В. А. Гусинский

Президент КБ им. Яковлева — А. Н. Дундуков

Президент МАК «Вымпел» — Н. Б. Михайлов

Президент нефтяной компании «Юкос» — С. В. Муравленко

Президент компании Роспром — Л. Б. Невзлин

Президент - генеральный директор АО «Автоваз» — А. В. Николаев

Председатель Правления КБ «Возрождение» - Д.Л. Орлов

Президент АКБ «ОНЭКСИМбанк» ~ В. О. Потанин

Президент АКБ «Столичный банк Сбережений» — А. П. Смоленский

Председатель Совета Директоров консорциума Альфа-группа — М. М. Фридман

Председатель Совета Директоров банка «Менатеп» М. Б. Ходорковский»

***

В авторском составе, хоть и получившем общее имя «предпринимателей», выделялись две генетические части: а) собственно бизнесмены —Березовский, Гусинский, Ходорковский и его партнер Невзлин, Орлов, Потанин, Смоленский, Фридман; б) экс-советские руководители производств («красные директора»: экономически зависимые от Березовского —Городилов и Николаев, зависимый от Ходорковского Муравленко, свободные от прямых зависимостей Дундуков и Михайлов).

«Умиротворение агрессора»

Из всех газет лишь коммунистическая «Советская Россия» сообщила, что публикации предшествовала встреча 24 апреля Березовского, Гусинского, Смоленского, Ходорковского и Потанина с редакторами левых (коммунистических) газет. Хотя в своем замысле О13 было обращено к лидерам противоборствующих сил, Ельцину и Зюганову, и, исходя из его авторского состава, должно было скорее играть сдерживающую роль в отношении реставраторских амбиций Зюганова, предварительная встреча авторов с левыми с самого начала задала О13 подтекст того, что оно было особо адресовано левым силам и имело своей целью их «умиротворение»» Одновременно в среде журналистов и аналитиков стали распространяться комментарии по поводу О13: в том смысле, что О13 было подобно известному письму германских промышленников Гинденбургу с требованием назначить канцлером Гитлера и, таким образом, является предательством по отношению не столько к Ельцину, сколько к демократии.

В таких либеральных изданиях, как «Коммерсант-Daily», «Коммерсант-Weekly», «Сегодня» «Независимая газета», возникла, поначалу неявная, оппозиция О13, в лучшем случае создававшая фон недоумения и разочарования действиями авторов О13. Тем не менее, в первые дни после опубликования О13 в целом поддержали либеральные «Московские новости», «Коммерсант-Daily», «Независимая газета», «Сегодня», массовые «Труд» и «Комсомольская правда».

При этом лишь немногие толковали О13 в антикоммунистическом духе. Но именно в антикоммунистическом духе его поначалу восприняли левые —в этом чувствовалась, однако, не их какая-то особая оценка текста О13, а просто их политическая бескомпромиссность, их нежелание вдаваться в детали того непроизнесенного компромисса, с которым выступала верхушка «классово враждебного» бизнеса. В О13 туманно говорилось о заключении неких «стратегических политических договоренностей и их правовом закреплении» — а 30 апреля в интервью информационному агентству «Интерфакс» один из коммунистических лидеров, известный своим антиельцинским радикализмом, Виктор Илюхин озвучил проект создания Государственного совета. Березовский в интервью «Коммерсанту» (опубликованном 30 апреля 1996) не скрывал своего согласия с Илюхиным и намерений группы 13-ти: «Разумный человек сможет сформулировать сотни вариантов реализации [обращения]: создание Госсовета, внесение поправок к Конституции, предложение поделиться частью функций и полномочий с оппозицией. По имеющейся у меня информации, президент оценил обращение положительно. Что касается Зюганова, то он сказал, что готов встретиться. Судя по его реакции, он видит возможность компромисса. Люди, подписавшие обращение, традиционно считаются людьми из президентского лагеря... Обращение вовсе не подразумевает отмену или перенос выборов. На самом деле, все мы должны действовать исключительно легитимно. Если власти - и исполнительная, и законодательная—решат, что решение существующего конфликта требует переноса выборов, то такое решение может быть принято».

Близкая к Березовскому «Независимая газета» в номере от 30 апреля подробно описывала логику замысла, надежды инициаторов и риторику тех; кто поддерживал их в предвыборном штабе Ельцина:

«На ближайшее время президент России планирует серию политических консультаций, в том числе с представителями оппозиции в лице Компартии РФ». Так ответил вчера помощник главы государства Георгий Сатаров на вопрос ИТАР -ТАСС об отношении Бориса Ельцина к обращению крупнейших отечественных предпринимателей, которые призвали политиков к серьезным взаимным уступкам и стратегическим договоренностям в преддверии президентских выборов в стране. Георгий Сатаров назвал это обращение банкиров «ответственным гражданским поступком предпринимателей». Для практической реализации призыва финансистов к поиску компромисса между ведущими политическими силами «необходимо, прежде всего, изучить их конкретные предложения, в этом есть резон»,—отметил Сатаров. Помощник президента заявил, что окружение Бориса Ельцина отнюдь не отвергает идею выработки договоренностей с оппозицией «о поиске форм снижения поляризации общества».

Геннадий Зюганов ответил на обращение предпринимателей, хотя оно и не было адресовано ему «лично как лидеру народно-патриотического блока, объединяющего свыше 200 политических партий... ». Лидер КПРФ «счел целесообразным публично заявить о понимании мотивов их озабоченности» судьбой Родины, её целостности и безопасности. Кандидат в президенты России видит гарантию стабильности ситуации в стране «на путях последовательного и неукоснительного соблюдения всех демократических процедур», главным образом при передаче власти от одной политической силы к другой. Господин Зюганов предложил провести в прямом телеэфире его встречу с действующим президентом и «одновременно кандидатом на этот пост» Борисом Ельциным, где, обсудив перед людьми всей страны и мира свои позиции по ключевым проблемам, оба дали бы морально-политические гарантии «нормального, правового ведения предвыборной борьбы». Такими гарантиями лидеру КПРФ видится принятие поправок к Конституции, сокращающих объем «чрезвычайных» полномочий президента, расширение полномочий Федерального собрания по назначению состава правительства и контролю за его деятельностью, а также твердое обязательство провести после президентских выборы глав местных администраций и представительных органов повсеместно. Сегодня все 13 авторов обращения приглашены в думский кабинет Геннадия Зюганова «для открытого, прямого и честного обсуждения» проблем, связанных с выводом страны из кризиса и обеспечения перспектив ее развития. За закрытыми дверями».

«Независимой газете» вторила «Сегодня» (впрочем, оставляя больший простор для сомнений):

«Предложенный тринадцатью влиятельными банкирами и промышленниками России «выход из тупика» по справедливости был оценен прессой как сенсация №1 президентской кампании. Один из главных адресатов «обращения 13-ти», лидер КПРФ Геннадий Зюганов, уже дал согласие на переговоры с партией власти по предложенной программе. Однако точка зрения самого главного адресата, нынешнего президента России, пока еще не прояснилась настолько, чтобы однозначно утверждать, что газетная сенсация станет в скором времени реальным политическим инструментом. По признанию помощника президента Георгия Сатарова, Борис Ельцин запланировал на ближайшее время серию политических консультаций, «в том числе и с представителями оппозиции в лице КПРФ». В интервью агентству ИТАР-ТАСС г-н Сатаров согласился с отправным пунктом «обращения 13-ти», заявив, что «предстоящие выборы усиливают существующую в обществе поляризацию». Избирательный совет президента, по словам помощника, уже «прорабатывает соответствующие защитные механизмы». Другой помощник президента, Александр Лившиц, оценив обращение как «взвешенное», пообещал корреспонденту ИТАР-ТАСС, что будет рекомендовать главе государства прислушаться к голосу банкиров.

Между тем в оценке содержательной части обращения оба президентских помощника проявили гораздо большую сдержанность. Георгий Сатаров подверг ревизии точку зрения, согласно которой при любом исходе выборов президентское кресло займет представитель меньшинства. По его мнению, подобное суждение будет справедливо только в случае победы Геннадия Зюганова, когда президент и парламент станут одноцветными. Наоборот, если избиратели подтвердят легитимность Бориса Ельцина, то, считает г-н Сатаров, будет сохранена заложенная в действующей Конституции система сдержек и противовесов, обеспечивающая представительство различных политических сил. Александр Лившиц признался, что пока не понял, на каком компромисс между Ельциным и Зюгановым настаивают авторы обращения. Помощник президента по экономическим вопросам не против того, чтобы коммунисты отвечали в правительстве за социальный блок вопросов, хотя и не видит в этом большой необходимости, т.к. бюджет-96 и так уже сориентирован на рядового человека. И все же г-ну Лившицу «жалко экономику», потому что существует большая вероятность того, что министры-коммунисты не смогут удержаться в рамках закона о бюджете и обязательств перед МВФ».

Вскоре оказалось, что Ельцин проигнорировал О 13 и его идей. Да и в остальном вне планов 13-ти всё было не гладко. Началось явственное отмежевание представителей власти от 13-ти. Первыми были один из лидеров властной партии «Наш дом — Россия» (проигравшей выборы в Государственную Думу в декабре 1995) Сергей Беляев и помощник президента России Ельцина по экономическим вопросам Александр Лившиц (значимым для последующей реакции демократической прессы стало обращение Лившица к авторам О13: «Ничего не бойтесь. От вас никто не требует любить Ельцина. Вы только без трусости и без чемоданных настроений работайте и не губите [компромиссами с Зюгановым] экономику»). Осудил обращение как попытку «сговора» третий основной кандидат в президенты генерал Александр Лебедь.

Ощущение «предательства» подтвердилось после оперативной встречи авторов О13 с Зюгановым, который, несмотря на лояльные авансы Березовского, так и не отошёл от официальной позиции Коммунистической партии (КПРФ), согласно которой компромисс с Ельциным возможен лишь при его отказе от большей части своих полномочий и непротивлении победе коммунистов на выборах. При этом предпринимателям коммунисты давали понять, что их лояльность к Зюганову послужит гарантией их неприкосновенности после выборов. Сам факт встречи авторов О13 с Зюгановым был в полной мере истолкован и коммунистами, и сторонниками Ельцина в пользу КПРФ. Отсутствие новых выпусков газет и новой телевизионной информации (массового интернет-вещания тогда ещё не существовало – оно фактически появилось в России в середине августа 1998 года – в дни дефолта и начала экономического кризиса, когда наибольшим оперативным спросом стала пользоваться информация о курсе рубля к доллару) в праздничные майские дни объективно способствовало преобладанию таких толкований. Негативным обстоятельством следует признать и то, что О13 было представлено как инициатива «банкиров», а выступление одного из «подписантов» промышленника Михайлова по телеканалу ОРТ было бледным и не изменило общей тональности.

Праздничные дни 5-9 мая 1996 стали переломными в отношении к О13: Ельцин авторов О13 не принимал, Зюганов выслушивал, но молчал, - поначалу скрываемое, недоумение либерального класса и сторонников Ельцина росло. Единственная статья в «Независимой газете», в которой таки прозвучала поддержка О13, тем не менее (как бы во спасение благих намерений инициаторов), давала понять, что единственным гарантом компромисса может быть только Ельцин. Это же утверждали правительственные «Российские вести».

Более или менее ясно отмежевались от О13 мэр Москвы Юрий Лужков, Чубайс, и вновь — влиятельнейшая деловая газета «Коммерсант». Против О13 как попытки «соглашения с коммунистами», вызванного «страхом» перед ними, выступили «Сегодня», «Российские вести», «Московские новости», «Деловой мир», массовый «Московский комсомолец», влиятельные предприниматели Марк Масарский, Каха Бендукидзе, президент крупнейшего «Инкомбанка», конфликтовавший практически со всеми бизнесменами из 13-ти, Владимир Виноградов, вновь А. Лившиц. Несколько дней спустя Виноградов (7) выступил с инициативой срочного проведения экономического форума в Екатеринбурге, который, очевидно, мыслился как альтернатива О13, а местом своего проведения (Екатеринбург-Свердловск) ясно сигнализировал о том, что это будет форум сторонников Ельцина, начавшего свою карьеру в Свердловске. Проект проведения форума именно в бывшем Свердловске также прямо отсылал к памятному проекту создания именно в этом городе альтернативной столицы властей РСФСР во главе с Ельциным в случае победы ГКЧП 19-21 августа 1991 года.

12 мая еженедельник «Интерфакс-АиФ», рассказывая об инициативе форума в Екатеринбурге, видимо, не без внушений Виноградова, подвел итог; «Договариваться надо не Ельцину и Зюганову, а Березовскому и Виноградову». Впрочем, у наблюдателей не было никаких сомнений в заведомой слабости и нереалистичности «альтернативы Виноградова». Либеральная «Общая газета» опубликовала запоздалое изложение событий на встрече авторов O13 с Зюгановым, где «Березовский явно переборщил с комплиментами в адрес Зюганова». В резкой форме со страниц «Независимой газеты» и «Московской правды» осудил О13 член Президентского совета, авторитетный политолог Андраник Мигранян. Вскоре (по указанию Березовского) еще более резкую отповедь Миграняну в защиту О13 в «Независимой газете» опубликовал сотрудник Ходорковского, коммунист Алексей Кондауров.

В эти дни, словно в развитие произнесенных в печати 30 апреля планов Березовского, прозвучало заявление чрезвычайно влиятельного начальника Службы безопасности президента Ельцина А.В. Коржакова о необходимости переноса президентских выборов, воспринятое как наилучшее доказательство слабости и неуверенности команды Ельцина. «Независимая газета» сообщала 6 мая: «вновь оживляются толки о переносе выборов. Бизнесмен Борис Березовский после встречи с лидером коммунистов Геннадием Зюгановым деловых людей—авторов обращения к кандидатам в президенты - приподнял завесу над содержанием конфиденциального разговора: предприниматели предложили Зюганову три варианта компромисса между ним и Ельциным. Один из этих вариантов —легитимный перенос срока президентских выборов. Вчера пришло сообщение из Лондона: в интервью газете «Обсервер» Александр Коржаков высказался за то, чтобы в интересах стабильности отложить президентские выборы. Он открытым текстом дал понять, что того же мнения придерживается «много влиятельных людей», тем более что оппозиция все равно объявит выборы фальсифицированными, если победит Ельцин». В тот же день в интервью «Интерфаксу» Ельцин одернул главу своей Службы безопасности: «Я сказал Коржакову, чтобы он в политику не лез».

Выступление Коржакова вызвало всеобщее возмущение политического класса, хотя и породило подозрения в том, что олицетворяемая Березовским линия на компромисс с Зюгановым вполне совместима с отменой выборов ради передачи исполнительной власти Зюганову (8). На следующий день, 7 мая некто анонимный от имени всех авторов О13 (однако свидетельства согласования между ними этого, нового текста не известны) выступил с новым и весьма коротким, в несколько фраз, заявлением, сфокусированным против Коржакова и претенциозно названным «Второе обращение предпринимателей». «Независимая газета» (наряду с «Трудом», «Сегодня») так изложила его суть: «Группа ведущих российских предпринимателей и банкиров, подписавших недавно обращение «Выйти из тупика!», выпустила еще одно заявление. В нем говорится:

«События последних дней усилили нашу озабоченность ближайшим будущим страны. Крайние силы, окружающие основных участников политического процесса, вновь отчетливо обозначили себя. Это проявилось как в призывах «Бороться до последней капли крови!», так и в требованиях неконституционного переноса выборов. Мы считаем, что политические лидеры должны дать самостоятельную и однозначную оценку подобному экстремизму и тем самым определить, наконец, содержание возможного компромисса во имя будущего России».

С высокой вероятностью можно было предположить, что авторами этого нового выступления, полный текст которого (даже если он и существовал) в печати так и не появился, были представители Гусинского. Примечательно, что если прежде инициаторы О13 (Березовский, Гусинский, Ходорковский), пропагандируя О13, действовали как бы по уполномочию всех 13-ти, то теперь представители Гусинского (и, следовательно, представители «инициативного ядра»), давая оценки команде Ельцина, то есть избирательно толкуя смысл О13, санкции для такого использования политического капитала О13 у остальных «подписантов» не спрашивали. Это превращало последних в очевидных статистов.

Интересно, что именно коммунистическая «Советская Россия» в специальной статье от 5 мая намекала на давний конфликт MOСT-банка Гусинского с Коржаковым. Позже либеральный журнал «Деньги» прямо сообщил, что новое заявление от имени 13-ти по поводу заявления Коржакова не могло отражать позиции всех авторов О13: «большинства из них не было в тот день в Москве. Их фамилии поставили без согласования с ними». Сомнения в том, что «новое заявление подписали все члены группы» высказала даже принадлежащая Гусинскому газета «Сегодня».

Вскоре «инициативное ядро» (Гусинский, Березовский, Ходорковский, с привлечением Орлова) от имени всех авторов О13 провело встречу с кандидатом-3 (продвигаемым командой Ельцина ради откола от «коммунистического» электората Зюганова его «патриотических» союзников) — Александром Лебедем. Встреча была неудачной: в телевизионном интервью он зло и издевательски шутя заявил, что в случае кризиса и насильственного развития событий, по крайней мере, имеет в лице пришедших к нему банкиров - «начфинов» (начальников финансовых служб в войсковых частях).

Неудача преследовала О13 и в отношениях с коммунистами. «Советская Россия» в специальной статье отвергла критику в адрес коммунистов, прозвучавшую в О13, и дала понять, что фактическая солидарность его авторов с Ельциным не гарантирует их от неприятностей, тем самым говоря, что авторы О13 должны еще более решительно отмежеваться от Ельцина, не получая, однако, никаких гарантий от Зюганова. А 9 мая на митинге в честь Дня Победы (показанному по телевидению) Зюганов заявил, что его компромисс с Ельциным может выглядеть только как отказ Ельцина от возможной отмены выборов в обмен на отказ коммунистов преследовать своих политических оппонентов — то есть компромисс по-прежнему виделся КПРФ как согласие с полной победой Зюганова. Видя полное отсутствие компромиссных шагов со стороны коммунистов и почти всеобщее осуждение со стороны демократов, немногочисленные сторонники О13 подталкивали авторов к разговору с коммунистами с позиции силы, к разъяснению своей позиции в том смысле, что гарантом компромисса может быть только Ельцин. Праздничная медийная пауза требовала от тех участников обращения, кто не готов был согласиться с проводимой «ядром» линией на «умиротворение» Зюганова, срочных действий —чтобы хотя бы отчасти изменить негативный и деморализующий сторонников Ельцина фон вокруг О13.

Стремясь сбалансировать позицию 13-ти и более всего свою, 12 мая по Российскому телевидению (разумеется, не своей собственной инициативе, ибо прямого доступа в этот телеэфир он не имел) выступил Потанин. Он заявил, что встречу авторов О13 с Зюгановым нельзя рассматривать как «поклон» Зюганову и определенно высказался в поддержку Ельцина (это заявление прошло фактически бесследно —лишь правительственная «Российская газета» неделю спустя, повторяя тезисы Потанина, писала, что предложенный О13 компромисс должен «гарантировать страну от перемены курса на 180 градусов» и пр.).

Однако в тот же день 12 мая в интервью газете «Московские новости» Смоленский от имени 13-ти повторил формулу Березовского-Илюхина о том, что предполагаемый О13 компромисс может быть в форме Государственного совета: внеконституционного чрезвычайного органа государственной власти, составленного из представителей действующих органов власти, партий и предпринимателей. Состав и назначение Госсовета были даны Смоленским с почти текстуальными совпадениями с тем, как Государственный совет был предложен Илюхиным в интервью «Интерфаксу» 30 апреля.

Наблюдателям было ясно, что этот Госсовет, параллельный президентской вертикали и состоящий из представителей Ельцина, коммунистов и бизнеса, должен был возглавить Зюганов. Заявление Смоленского лишь укрепило образ О13 как капитуляции перед Зюгановым. Единство 13-ти развалилось. Вернее сказать, «инициативное ядро» фактически поставило и своих коллег, и предвыборный штаб Ельцина перед фактом неких своих предварительных договоренностей с КПРФ, для которых и само О13, и «заинтересованные голоса» из предвыборного штаба Ельцина использовались как ширма. Единственным, в чем, видимо, всё более терпело поражение «ядро», было твердокаменное нежелание коммунистов согласиться на публичный отказ от казавшейся предрешенной победы Зюганова на президентских выборах в обмен на сохранение у номинальной президентской власти Ельцина.

Используя общение с авторами О13 как фактор раскола команды противника, КПРФ не хотела никакого компромисса. Кстати, трудно представить, что этот компромисс (отмена выборов и создание тандема «президент Ельцин—глава Госсовета Зюганов») можно было даже технически реализовать так, чтобы он носил хотя бы намёк на легитимность. Кулуарные договорённости даже очень влиятельных бизнесменов были абсолютно нереализуемы ни руками Ельцина, ни решениями Государственной Думы и Совета Федерации—и потому они были, если не попыткой переворота, то уж во всяком случае — актом отчаянной утопии.

В середине мая 1996 г. подавляющее большинство СМИ продолжило критику О13. «Вечерняя Москва», подводя итог двухнедельным откликам демократической прессы, заявила, что общей оценкой О13 является «предательство». О13 осудили «Московский комсомолец», «Век», «Новая ежедневная газета», экс-президент СССР М.С. Горбачев.

Одновременно «Советская Россия», выдерживая жесткую линию коммунистов, опубликовала крайне критическую статью против О13 и лично его подписавших лиц, в том числе промышленников. В интервью еженедельнику «Коммерсант» Илюхин заявил, что «принципиальной договоренности [с Ельциным] не может быть. Мы его оцениваем как перевертыша и негодяя». Единственным предметом компромисса, по словам Илюхина, может быть только проведение выборов в обмен на отказ коммунистов от «условно говоря, широких актов протеста».

Рядом с этим интервью на страницах того же издания представители «ядра» Гусинский и Невзлин, продолжая избранную линию на достижение компромисса любой ценой, прямо высказались о возможности компромисса с коммунистами. «Общая газета» и «Труд», сообщая о выступлении Зюганова на митинге 9 мая, заметили, что позиция КПРФ об условиях «компромисса» в виде фактической капитуляции Ельцина не изменилась (и, следовательно, терпимость авторов О13 к Зюганову становится странной).

На встрече с представителями О13 один из заведомо «непроходных» кандидатов в президенты, социалист-предприниматель Святослав Федоров дал понять, что компромисса следует искать не с Зюгановым, а с «демократической оппозицией», то есть с подобными ему заведомо «непроходными» кандидатами, надеявшимися таким образом вступить с Ельциным в деловой торг о «цене» своего электората.

«Московская правда», «Независимая газета», «Деньги», авторитетный представитель «красных директоров» А.И. Вольский напоминали авторам О13, что гарантом компромисса может быть только Ельцин. 16 мая представители О13 добились встречи с пользовавшимся в России репутацией одновременно сильного и прогрессивного политика (и в этом смысле служившим персональным образцом постсоветского «компромисса» между левыми и «демократами») президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым. К группе 13-ти на встрече присоединился и Виноградов, но Назарбаев неожиданно поддержал именно О13. Это могло быть понято как приглашение бизнеса к достижению единства и внутри корпорации, и с президентской властью. Это, впрочем, не вызвало особого резонанса в СМИ.

17 мая прошел обещанный Виноградовым форум в Екатеринбурге. На нем в присутствии наиболее влиятельных глав российских регионов М.Ш. Шаймиева и Э.Э. Росселя было продекларировано учреждение движения «За социально-экономический прогресс России» и Национального экономического совета. Организаторы форума подчеркивали якобы независимость их инициативы от факта появления О13, пытаясь представить О13 делом узкой и непредставительной группы — в то время как форум готов был «объединить» более широкие круги предпринимателей, далеких от «сговора» с коммунистами. Особо подчеркивалось одобрение форума лично Ельциным.

Вечером 17 мая телеканал ОРТ в репортаже с форума продемонстрировал выступление на нем Березовского, а 18 мая в статье о форуме «Известия» писали, что «организаторы Форума всячески отрицают альтернативность екатеринбургского собрания и указывают на присутствие такого заметного представителя «13» как Борис Березовский.

Форум однозначно поддержал Ельцина и, собственно, одним этим актом окончательно похоронил кулуарные усилия добиться от Ельцина уступок Зюганову, но выглядел весьма неубедительно — более того, даже поддержав Ельцина, в поиске «единства бизнеса» форум почему-то искал компромисса с O13, которое к тому времени уже однозначно воспринималось как приглашение к формированию Государственного совета во главе с Зюгановым.

После форума в Екатеринбурге либеральной газете «Интерфакс-АиФ» дал интервью доверенное лицо Ельцина в предвыборной кампании — крупный нефтепромышленник Вагит Алекперов: говоря об О13, он высказался «откровенно против компромиссов» с коммунистами (9). В том же духе в «Известиях» выступил влиятельный представитель горбачевской «перестройки» А.Н. Яковлев. В своем ответе Яковлеву коммунистическая «Правда» взяла «под защиту» авторов О13 в их стремлении к компромиссу с коммунистами и одновременно осудила форум в Екатеринбурге.

Наконец, в «Независимой газете» её главный редактор Виталий Третьяков, пытаясь примирить екатеринбургское мероприятие и О13, проговорил новую, без Госсовета, гораздо более легко реализуемую и потому более прикладную политическую модель компромисса, которую теперь вынашивали авторы О13:

«в контрмероприятии в Екатеринбурге принял участие Рем Вяхирев, глава «Газпрома», чья подпись должна была быть 14-й по счету, но, конечно же, не по значению, под обращением 13-ти. А кроме того, что тоже не осталось не замеченным, Борис Ельцин почтил собрание в «уральском Давосе» своим приветствием, полностью до того проигнорировав обращение 13-ти (что не означает, что он его: 1) не заметил; 2) не знал о его появлении заранее; 3) отнесся к нему сугубо негативно)... Банкиров (или, как они себя охотнее называют, предпринимателей) обвинили в предательстве президента и помощи (злонамеренной или по глупости) Зюганову в овладении Кремлем... Я задал вопрос о рамках компромисса: Ельцин — президент, но Зюганов —премьер-министр — это вам подойдет? Не слишком радостно (ведь мечтают о правительстве профессионалов), но кивнули». Можно представить, что на это согласился бы Ельцин (как в 1998-м, после дефолта, согласился на левое правительство Е. М. Примакова с вице-премьером по экономике коммунистом Ю. Д. Маслюковым), но трудно представить, что в то время на такое «понижение ставок» (после главы альтернативного Госсовета) согласился бы Зюганов.

Вновь осудили О13 «Российские вести» и еженедельник «Коммерсант». Проблема была в том, что лидеры КПРФ уже не хотели разговаривать с авторами О13. Очевидная электоральная сила Зюганова и одновременно растущий рейтинг Ельцина равно делали излишними посреднические услуги авторов О13, особенно теперь, когда их способность подтолкнуть коммунистов к компромиссу была неоднократно дезавуирована самими коммунистами. В свою очередь, на пресс-конференции в Государственной Думе Зюганов в очередной раз повторил свою формулу компромисса: всего лишь обещая не преследовать политических оппонентов после своей победы на выборах.

В СМИ появились сообщения о подготовке коммунистов к «всероссийской политической стачке» (как того обещал Илюхин) в случае поражения на выборах, подразумевалось — в случае сфальсифицированного в пользу Ельцина подсчета голосов.

В конце мая 1996 г. «ядро» О13 в лице Березовского, представителя Гусинского Сергея Зверева и Невзлина встретилось с еще одним маргинальным кандидатом в президенты — Владимиром Жириновским. По двум центральным телеканалам прозвучало обиженное заявление Невзлина о том, что коммунисты задерживают свой ответ на предложения О13. Словно в ответ ему, в опубликованной в конце мая предвыборной программе Зюганова говорилось, что в качестве одного из главных своих политических и экономических противников Зюганов рассматривает крупный финансовый капитал и вообще крупных собственников, против которых намечен ряд самых жестких юридических, политических и экономических мер. Примечательно, что накануне опубликования программы Зюганова близкая Березовскому «Независимая газета», в каком-то уже риторическом усилии, в которое вряд ли верила сама, сообщила, что коммунистическая программа передана «на экспертизу» авторам О13 и теперь «весьма вероятны [их] положительные отзывы» на нее. Получалось, что «ядро» 13-ти готово согласиться уже с любой формулой капитуляции перед Зюгановым ради формального участия в «экспертизе».

Вновь осудил О13 генерал Лебедь, но теперь же резко и оскорбительно, что выдавало отношение его кураторов из окружения Ельцина, — как «авантюристов, которые хотят подладиться к коммунистам». «Московский комсомолец», анализируя предвыборные позиции «банкиров», изобразил авторов О13 как трусливых «грабителей». Одновременно в коммунистической «Советской России» появилась обширная статья, утверждающая «банкротство режима» Ельцина и особо обращенная к Березовскому как представителю О13. В ней вновь вполне откровенно были подтверждены предложения коммунистов к авторам О13 развивать «диалог» с коммунистами — всего лишь ради обеспечения мирного исхода выборов в пользу Зюганова (то есть коммунисты рассчитывали, что то влияние на Ельцина, которое, возможно, анонсировало «ядро» 13-ти, будет использовано не более чем для убеждения Ельцина отказаться от сопротивления).

Коммунистическая «Правда» неоднократно обращала внимание на отклики западной прессы на О13 как на проявление трусости и почти состоявшейся сделки «банкиров» с коммунистами. Общий тон коммунистической прессы по отношению к О13 окончательно сложился в высокомерное запугивание авторов О13 и одновременное приглашение их к компромиссу с Зюгановым, по сути ничем не отличающемуся от капитуляции.

«Независимая газета» опубликовала статью, в которой «банкирам» было предложено практически повлиять на экономическую политику в том направлении, которое фактически и зачастую текстуально совпадало с обнародованной программой Зюганова — в том, что касается рынка государственных казначейских обязательств (ГКО), борьбы против утечки капитала и переориентации экономики в пользу обрабатывающей промышленности. В другой статье в том же номере «Независимой газеты» говорилось, что «банкиры», исходя из корыстных интересов, выразили настоящую потребность в компромиссе. Но — в компромиссе в пользу Зюганова, который (в качестве встречного шага) может гарантировать тем, кто поддерживает Ельцина, не более чем «амнистию без конфискации». Явственный отказ КПРФ от сделки с 13-тью не расстроил упорства «ядра».

В сообщении «Независимой газеты» об очередной встрече авторов О13 —теперь уже с «интеллигенцией» - было приведено заявление Березовского о том, что О13 «нельзя трактовать как акцию, однозначно направленную в поддержку Ельцина». Таким образом, главным сторонником прокоммунистического толкования О13 стал Березовский, который теперь был признан «вдохновителем» О13 и, несмотря на усилия Гусинского, лидером группы лиц, подписавших О13.

Вторая попытка

 

Как уже отмечалось, к 12 мая Потаниным была осознана несовместимость прокоммунистической линии «ядра» О13 во главе с Березовским с первоначальными намерениями части авторов О13 и острая необходимость если не отмежеваться от Березовского, то хотя бы отмежеваться от Зюганова. С конца мая началась работа по подготовке (с медийной точки зрения) третьего, но фактически второго (консенсуального) «Обращения 13-ти», призванного исправить сложившуюся ситуацию, тем более что до выборов 16 июня 1996 г. уже катастрофически не оставалось времени для какой-либо самостоятельной политической игры. Значительная часть текста «второго О13» по просьбе представителей Потанина была написана экономистом Михаилом Делягиным. Обращение было выдержано в определенно антикоммунистическом духе и детально критиковало предвыборную программу Зюганова.

8 июня, наконец, группа 13-ти направила новое обращение («второе О13») в виде письма Зюганову, в котором подвергла резкой критике его экономическую программу. По досадному совпадению, в тот же день газета «Коммерсант» опубликовала статью Делягина, утверждавшую принципиальную несовместимость коммунистической программы с банковской деятельностью. Большая часть статьи текстуально совпадала со «вторым О13», но поскольку полностью оно было опубликовано позже и лишь в еженедельнике «Аргументы и факты», то есть фактически осталось неизвестным массовому читателю, пресса это красноречивое и скандальное «совпадение», к счастью для авторов О13, не заметила.

В средствах массовой информации первое сообщение о «втором О13» появилось в информационном агентстве «Интерфакс» в 18.00 9 июня. В тот же день это получило максимальную огласку на телевидении (по центральным телеканалам ОРТ, РТР , НТВ). На следующий день о «втором О13» подробнее сообщили радио «Свобода» и телепрограмма Российского телевидения «Деловая Россия» (РТР). Общий характер сообщений полностью воспроизводил единую формулировку о «резкой критике» программы коммунистов предпринимателями, а само «второе О13» толковалось как окончательное размежевание бизнеса с коммунистами.

Но новое заявление по-прежнему оставалось в тени первого О13. В очередном номере либерального экономического журнала «Эксперт» было опубликовано интервью Алекперова, который на вопрос о политическом единстве крупного капитала заявил: «Бывает, что бизнесмены страхуются на все случаи жизни и начинают заигрывать со всеми. Это редкий случай». В том же номере «Эксперта» появилось интервью с одним из лидеров коммунистов Ю.Д. Маслюковым, который первое О13 оценил как предосудительное «желание поставить [коммунистов] на место», но признался, что «Зюганов оценил [О13] по-другому — более мягко».

10 июня вышел в свет еженедельник «Коммерсант», посвятивший специальную статью взаимоотношениям германских промышленников с Гитлером, то есть настаивал, таким образом, на сравнении ситуации вокруг О13 с «предательской» ситуацией 1933 года.

11 июня появились первые отклики на «второе О13» в прессе — их было заметно меньше, чем на О13. Красноречивым было замалчивание этого события в «Независимой газете». Газета Moscow Times обратила внимание, что антикоммунистическое «второе О13» возникло под давлением общественного мнения и что среди подписавших новое О13 не оказалось Дондукова и Михайлова, истолковав это как возможное дистанцирование их от любых политических дел финансистов (10). «Известия» очень сдержанно оценили «второе О13» как запоздалое, но позитивное размежевание 13-ти с коммунистами. «Сегодня», столь же кратко сообщив о письме, истолковало его резкую критику лишь как «ряд замечаний». Если считать «второе О13» попыткой исправления репутации авторов О13, то можно констатировать, что либеральный политический класс, памятуя о практике О13, фактически не принял на веру «второе О13».

11 июня в интервью НТВ Зюганов в целом негативно отозвался о «втором О13» (11).

Глухое неудовольствие было заметно и в позиции «ядра». Известно, что «Интерфакс» пытался получить комментарии по поводу «второго О13» у Березовского и Ходорковского, но не смог. Складывалось впечатление, что «ядро» намеренно воздерживается от признания того, что «второе О13», желая спасти репутацию 13-ти в глазах Ельцина, пытается придать новый, антикоммунистический смысл всей инициативе 13-ти.

После первого тура президентских выборов, прошедших 16 июня, средства массовой вновь стали возвращаться ко «второму О13». «Российская газета» отметила, что этот «шаг бизнесменов—чисто политический», адресованный не Ельцину и Зюганову, а избирателям, говорящий, что его авторы «больше не стоят «над схваткой»... Обратившись [с критикой] к Зюганову, финансисты дезавуировали свой призыв к компромиссу», указав, что программа Зюганова не ведет к компромиссу.

Газета Moscow Times привела лестное для авторов О13, но вряд ли обоснованное мнение, что призыв к консолидации на основе принципов экономической свободы и жесткая критика программы коммунистов, с которыми выступила группа 13-ти, повлияли на результаты первого тура выборов. Как известно, по итогам первого тура, принесшего большинство голосов Зюганову (недостаточное, впрочем, для победы в первом туре), в ночь с 19 на 20 июня в окружении Ельцина произошел переворот, в результате которого сторонники «жесткой линии» и отмены выборов (глава Службы безопасности президента Коржаков, глава ФСБ М. И. Барсуков и вице-премьер О. Н. Сосковец) были по инициативе руководителей избирательного штаба, А.Б. Чубайса и дочери Ельцина Татьяны Дьяченко, отстранены от власти. Команда Ельцина окончательно взяла курс на электоральные технологии.

На О13 легла дополнительная тень одного из вариантов уже посрамленного и проигравшего в лице Коржакова «предательства». Стремясь постфактум реабилитировать О13 и изобразить его неудавшуюся «компромиссность» не как «предательство», а как нечто, противостоявшее не столько Ельцину, сколько отставленным «радикалам» в его окружении, 21 июня главный редактор «Независимой газеты» Третьяков решил так объяснить появление среди отставленных имени Сосковца: «Теперь легко понять, почему, например, на страницах «НГ» жестокую отповедь инвективам Андраника Миграняна в адрес группы 13-ти, сделавшей ставку на компромисс во имя стабильности, дал рупор 13-ти Алексей Кондауров. Дело было не в Миграняне. Дело было в Сосковце, который практически стоял за то, что Мигранян, исходя из своих политологических воззрений, описал теоретически. То была редкая публичная вспышка закулисной войны, апофеоз которой случился вновь с 19 на 20 июня».

22 июня в газете «Коммерсант» авторитетный либеральный публицист Максим Соколов прямо сообщил, что за инициативой 13-ти стоял С. Е. Кургинян как представитель Коржакова и Сосковца, — и это, по мнению публициста, послужило причиной «трагической судьбы» названных лиц и самой инициативы О13.

Новый удар по либеральному самооправданию «ядра» нанес и сам Зюганов. Напомню, что в апреле 1996 года О13 говорило о заключении между Ельциным и коммунистами неких «стратегических политических договоренностей и их правовом закреплении» в виде Государственного совета во главе с Зюгановым. Госсовет выглядел как орган, представляющий все политические и общественные силы. Теперь, накануне второго тура выборов 3 июля 1996 г., Зюганов выступил с идеями Пакта о национальном согласии и создания Совета национального спасения, впоследствии преобразуемого в Государственный совет. Помимо общей для обоих заявлений риторики «согласия во имя национальных интересов» и отказа от власти «красного или белого меньшинства», обращает на себя внимание даже совпадение ключевых фраз в тексте О13 и заявления Зюганова. «Общество расколото...» — начиналось О13, «общество расколото», — говорил на пресс-конференции 24 июня Зюганов, о «духовном расколе» и «расколе общества» говорится в тексте его заявления (12).

На пресс-конференции Зюганов сообщил также, что «членами Госсовета, в случае успеха КПРФ на выборах, станут председатели правления двух крупнейших коммерческих банков России (входят в первую десятку) (13), активно финансирующих избирательную кампанию Геннадия Зюганова». Эту информацию привела только «Независимая газета», причем в опубликованном «Советской Россией» официальном проекте Госсовета упоминание о банкирской квоте отсутствовало.

3 июля 1996 г., во втором туре президентских выборов Зюганов проиграл Ельцину. Ельцин был уже болен, и 1996-1998 годы стали временем растущей политической и экономической власти «олигархов» Березовского, Ходорковского и Гусинского. Дефолт 1998 года лишил их большей части спекулятивных активов, оставив главным источником их экономической власти инсайдерские политические сделки, и тем самым окончательно сделал из них публичных политических творцов политической системы России. В 1999 г. они решили уже самостоятельно, без помощи Зюганова, легитимировать своё экстраординарное влияние.

Последний отклик на О13 прозвучал именно в 1999 году, когда политический класс вновь задумался о смене режима Ельцина, а главным «наследником» Ельцина с весны 1999 года всё более позиционировал себя мэр Москвы Ю.М. Лужков, создавший в преддверии парламентских выборов политическое движение «Отечество» и фактически начавший свою предвыборную кампанию как претендента на президентский пост и сопутствующую ему идейную работу. Элементом этой работы стал идеологический сборник лужковской коалиции «Красные холмы». В предисловии к нему Лужков предложил политическую формулу своей компромиссной оппозиционности и своей идейно-политической задачи, в которой явственно звучал опыт О13 (курсив мой): «Можно ли отвергать нынешний режим, не впадая в пафос обличения, а сохраняя созидательную энергию поставленных целей? Да, можно. (...) Или мы выведем Россию из тупика, или смиримся с печальною участью свидетелей её упадка» (14)...

Впрочем, уже в августе 1999 года премьер-министром, а вскоре и признанным «наследником» Ельцина, президентом России, радикально изменившим его режим, стал Владимир Путин.

 ***

1. Олег Мороз. 1996: Как Зюганов не стал президентом. М., 2006. С. 391.

2.Олег Мороз. 1996... С .302. Следует отметить, что близкий к коммунистам политический консультант С.Е. Кургинян был признанным автором текста, а не инициатором. См. об этом современные событиям интервью публициста Александра Янова: «Авторство манифеста 13-та приписывается известному «методологу» Сергею Кургиняну, работающему, как принято считать, и на Ельцина, и на Зюганова. Не знаю, правда ли это. Но, судя по высокопарному стилю и паническим интонациям, похоже» (Московский комсомолец. 3 июня 1996); Николая Сванидзе: «то, что Кургинян принимал участие в письме 13-ти, это для меня не секрет с самого появления письма. Вопрос ведь в том, что в данном случае письмо не ограничивается авторством Кургиняна» (Литературная газета. 29 мая 1996).

3. Деньги. 12 мая 1996.

4. Михаил Ходорковский. Левый поворот // Ведомости (Москва), 1 августа 2005. № 139.

5. В газетах: «Коммерсантъ-Daily», «Известия», «Сегодня», «Независимая газета», «Московский комсомолец», «Комсомольская правда». Автор благодарит Бориса Косарева за помощь в работе с массивом газетных публикаций 1996 года.

6. Интересно, что в первом варианте обращения, подготовленном «инициативным ядром», как я лично помню по итогам знакомства тогда же с его оригиналом, упоминаний о «свободе» не было.

7. «Способность Березовского идти на компромисс обычно иллюстрируют на примере его отношений с главой Инкомбанка Владимиром Виноградовым. Их первый конфликт был связан с «Сибнефтью», на которую Инкомбанк тоже имел виды. Тем не менее Березовский до последнего пытался привлечь Виноградова в число «подписантов» обращения 13 банкиров «Выйти из тупика!»» (Коммерсантъ-Dаіlу. 2 ноября 1996).

8. «В переносе выборов крайне заинтересован и большой бизнес, приближенный к нынешнему режиму и получающий огромные прибыли от этого. Знаменитое письмо 13 бизнесменов и банкиров в той его части, которая адресована Борису Ельцину, в завуалированной форме как раз и предлагает ему пойти на отмену выборов, используя политический компромисс с коммунистами по составу будущего правительства» (Независимая газета. 14 мая 1996); «Борис Березовский —один из инициаторов неудачной попытки то ли помирить Ельцина с Зюгановым, то ли отложить выборы (письмо 13-ти)» (Независимая газета. 21 мая 1996).

9. Впервые он это сделал сразу же после О13: «Когда нефтеюганцы спросили Вагита Алекперова, почему он не стал подписывать «письмо 13», он ответил: «Все спрашивают, почему в этом заявлении нет подписей руководителей «Газпрома» и «ЛУКойла». Но «группа 13» предлагает варианты политического компромисса, а мы — доверенные лица Бориса Ельцина, узко сориентированные на определенную фигуру» (Сегодня. 28 мая 1996).

10. Вечером 12 июня Дондуков уже выступал на митинге на Васильевском спуске возле Кремля в поддержку Ельцина, демонстративно выходя из линии «компромисса». 13 июня Дондуков же опубликовал статью в «Российской газете», в котором истолковывал О13 в антикоммунистическом и определенно проельцинском духе. Учитывая время, необходимое на подготовку выступления на митинге и в газете, можно заключить, что решение о самостоятельном заявлении своей лояльности Ельцину (и своеобразном оправдании своего участия в инициативе 13-ти) было принято Дондуковым под непосредственным воздействием «второго О13».

11. 13 июня текст этого интервью также опубликовала «Советская Россия».

12. «Общество раскалывается...» — говорил Коржаков в интервью «Интерфаксу» в начале мая 1996, аргументируя свою инициативу о переносе выборов: Олег Мороз. 1996... С-304.

13. Видимо, речь шла об участниках О13 — М. Б. Ходорковском и А. П. Смоленском.

14. Красные холмы. М., 1999. Авантитул

2007

Другие публикации


30.01.23
29.01.23
25.01.23
24.01.23
23.01.23
VPS