Южная Осетия: остановить деградацию, преодолеть разруху, вернуть разум в политику / Дмитрий Медоев

Идеология переходного периода. Размышления к 18-ой годовщине независимости                                                                                                                      
26 августа 2026 года в Южной Осетии и России будут отмечать 18-ю годовщину признания независимости Южной Осетии. После принуждения Грузии к миру, в августе 2008 года, итоги этой 5-дневной войны  образовали новую геополитическую реальность в Закавказье -  распад Грузии и появление в регионе двух новых независимых субъектов международного права - Республики Южная Осетия и Республики Абхазия.

Без всякого сомнения, это явилось результатом трудного, но единственно верного на то время, решения руководства России - прежде всего президента Медведева и тех госструктур, которые поддержали верховного главнокомандующего в стремительно развивавшейся сложной международной ситуации. Сегодня, по прошествии 18 лет после этих исторических событий,  основной приоритет перспективного политического развития  Южной Осетии представляется во всемерном укреплении государственной независимости республики и всестороннем углублении интеграционных процессов с Россией, поиск новых союзников на международной арене, при сохранении национально-культурной идентичности.                 

Все это в совокупности становится особенно актуально в текущий исторический период - время  глобальной международной турбулентности в  окружающем нас мире. Несомненно, это есть сверхзадача, которой, так или иначе, в идеале будет подчинена или должна быть подчинена вся созидательная деятельность не только тех, кто будет причастен в Южной Осетии к выработке и принятию важнейших решений, но и всего её общества в целом.

Бесспорным представляется и то, что в наше время, когда гражданское общество, особенно молодое поколение, занимает все большее место в практической политике, огромное внимание должно быть уделено национальному согласию и внутренней стабильности как основе прогресса и развития.

Смеем заметить, что внутри столь небольшого государства, как Южная Осетия, цена голоса (не только избирательного, но как мнение рядового гражданина) не менее весомо, чем голос гражданского общества в так называемых «больших нациях». Здесь присутствует местная специфика, забывать о которой, как минимум, было бы недальновидно.
Более того, учет мнения и позиции гражданского общества позволяет избежать всплеска эмоций, а уход от эмоций в сторону конструктивного диалога – предпосылка гражданского мира. Заглядывая вперед, предподложим, что одного только парламента для такого процесса может оказаться недостаточно и потребуется найти новые конституционные нормы и формы для сохранения мирной внутриосетинской дискуссии.

Может быть, нуждающаяся в скорейшей реанимации Общественная палата, может быть - советы старейшин, фамилий или союзы защитников Отечества - не важно, лишь бы эта конструкция стала действительно живой и работоспособной.
Однако, подчеркивая уважение к гражданскому обществу, к социальной и индивидуальной инициативе, нельзя не признать, что основанное на Законе верховенство государственных институтов в настоящий момент - едва ли не единственный инструмент для достижения первостепенных целей: сохранение государственной независимости Республики Южная Осетия и обеспечение её безопасного развития на далекую перспективу.
Сегодняшняя реальность такова, что Южная Осетия обречена ощущать на себе еще на неопределенное время внешнюю напряженность и результаты геополитического противостояния в регионе и в мире в целом. Разумный, рациональный и профессиональный подход к делу при таком раскладе – единственно верный путь, чтобы сохранить стабильность в республике и обеспечить безопасность ее граждан.
В этом смысле рассчитывать на какое-либо радикальное изменение политической ситуации, к примеру, в соседней Грузии - явно не стоит. Сейчас там формируется уже пятая по счету волна местной «перестройки», перспективы которой так же туманны, как и судьба предыдущих четырех.
Надеяться на позитив или даже простую доброжелательность Тбилиси было бы крайне безответственно – милитаризация и евроатлантическая ориентация по-прежнему остаются в тренде у действующей власти, не говоря уже об оппозиции.
К сожалению, если посмотреть на все происходящее в республике исключительно реалистично, то последние несколько лет бездействия и апатии  нанесли серьезный урон имиджу Южной Осетии, причем, даже в восприятии россиян.

На деле о дальнейшем международном признании Южной Осетии и о поддержании  ее положительного имиджа реально заботилась только немногочисленная группа людей, большинство же все это заботило  исключительно с финансово-коммерческой и познавательно-туристической стороны вопроса.
Несомненно, работа в этом направлении сегодня крайне востребована и выходит на первый план, она чрезвычайна тонка и требует профессиональной подготовки, достаточно высокого интеллекта и главное - опыта. Эта работа сложна, пунктуальна и «постепенна». Она требует ясности понимания в «верхах» и непременной целевой поддержки. 

Она состоит из множества важных мелочей, тихой, но последовательной работы. Как гласит известная аксиома, дипломатия не терпит суеты. Добавим от себя - также лишнего шума и позерства новоявленных экспертов-однодневок и всякой  партизанщины, время от времени появляюшихся из ниоткуда.
Не менее сложно обстоят дела с имиджем республики в близкой нам России. За последние 10-15 лет выросло уже полтора поколения россиян, которые слабо себе представляют: где же находится  Южная Осетия  и в чем там вообще дело. Патриотическая волна, поднявшаяся после войны 2008 года, постепенно сошла на нет. В информационном поле России тема Южной Осетии почти полностью отсутствует, никто не занимается международной аналитикой, практически ничего серьезного не публикуется в российской прессе о положении вещей в дружественном России государстве.
Старейшины югоосетинской политики хорошо помнят, что раньше никто и никогда не мог «кинуть камень» в сторону Южной Осетии. Даже в период войны 1991-1992 годов осетинская сторона всегда воздерживалась от действий, которые можно было бы негативно или двояко интерпритировать извне. В тяжелом, в том числе и с точки зрения внутренней обстановки, 1993 году было немало сопутствущего негатива, однако сор из избы не выносился. В те годы патриотический костяк югоосетинского общества с достоинством выдержал как внешнее давление, так и происки внутренней реакции. Сплоченное в единстве общей цели население Южной Осетии стойко вынесло все тяготы и лишения тех непростых лет.
В дальнейшем  новые правящие элиты стали придерживаться политики «информационного усыпления», стараясь, чтобы о республике в России и вовсе не вспоминали - по известному классическому принципу - "как бы чего не вышло". Сегодня ясно всем, что эта политика оказалась стратегической ошибкой, но она устраивала правившие в те годы серые режимы. Примеров негативных последствий информационной эвтаназии также было множество, особенно в последние годы, которые негативно сказались как на общей обстановке, так и на самом осетинском обществе. В итоге получили застой и государственно-управленческую деградацию сверху донизу.
Сегодня, будем честны, по инициативе России сделано главное: после признания независимости надежно обеспечивается комплексная  безопасность населения, создана солидная правовая база для дальнейшего развития прочных союзнических и добрососедских отношений. Это подписанные договоры и многочисленные межправительственные соглашения, посольский уровень дипломатических отношений, присутствие  военной базы, совместная охрана границы с Грузией, прогрессирующие позиции по образованию, здравоохранению, пенсионному обеспечению, связи, энергетике. Фактически сформировано единое оборонное пространство. Но есть и немаловажная неформальная сторона – личные связи политиков, которые, к большому сожалению, до недавнего времени носили показательно формальный характер или же их не было вовсе.
В современной Южной Осетии государственную систему образует народовластие, ибо по Конституции источником власти является народ, который, в свою очередь, формирует государство, без этого республика просто не смогла бы выжить. Никакие экономические и управленческие системы не смогут нормально функционировать без подчеркнутой роли строгой государственной системы.
Властные структуры в стране должны быть строго вертикальны и управляемы. Гражданское общество делегирует в государственную систему своих представителей как на выборной основе, так и на основе профессиональных назначений (это особенно важно). Но заняв государственный пост, чиновник или рядовой служащий всех уровней власти должен перестать быть, в первую очередь, чьим-то родственником или просто «хорз лæппу» - "хороший парень", – это состояние не может быть профессией по определению. Продолжение "личной демократии" и простейшего панибратства, с вечным поиском в окружении родственников и друзей – это путь в никуда.
Но при этом также  нет никакого смысла копировать существующие  системы государственной власти соседних стран. Не надо вообще никого копировать принципе - Осетия достаточно самобытна, чтобы, находясь в рамках действующей Конституции, оставаться дееспособным национальным государством со своими особенностями и даже деталями быта.
Здесь вновь надо вернуться к одному из основных постулатов развития - приоритету разумности и рациональности, рационального и разумного государственного управления как основной формы существования страны, гражданского и национального общества.        
Разум как политика.  

Разум вместо силы.   

Разум вместо случая, удачи и зависимости. Разум как понимание своих недостатков и трезвая оценка своих возможностей.
Такой подход направляет нас в первую очередь к бюджету республики. Он невелик, но не так уж и мал. Расходовался он, мягко говоря,  несбалансированно и имеет ряд существенных недостатков. Первый из которых – тотальная зависимость от дотаций.
Рациональность подхода подсказывает, что резко уйти от дотационности в ближайшее время не удастся. Но постепенное снижение её уровня должно стать приоритетной задачей будущего правительства. Помимо того, что уменьшение уровня дотаций будет иметь несомненный политический эффект, он может дать множество социальных преимуществ.
Речь идет о создании максимально выгодных условий для малого и среднего бизнеса (это объективно – другого просто нет и в самое ближайшее время не предвидится) в наиболее разумно доступных для республики отраслях экономики. В первую очередь, это сельское хозяйство и особенно в горной зоне, где приоритетной задачей является сохранение населения, отток которого стал недопустимо критическим. Переработка сельхозпродукции, минизаводы, минифабрики – это не столь большие вложения, если брать каждый объект по отдельности, но в перспективе, причем недалекой, они могут стать именно той силой, которая начнет постепенно пополнять доходную часть бюджета. Именно легально и именно доходную часть: это и станет залогом постепенного снижения дотационной зависимости.
Создание кластера малых и средних предприятий может стать опорой новой экономики Южной Осетии и её прогрессивного развития. Может быть, кое-кому до сих пор кажется, что признание Российской Федерацией независимости Южной Осетии было спонтанным решением или временной и вынужденной мерой, но сегодня очевидно всем, и время это доказало - государственная независимость Южной Осетии - необратимая реальность!
Убежден, сегодня  в политику следует вернуть то, что было потеряно особенно за последние несколько печальных лет –  это профессионализм и рациональность, государственное мышление и разумную власть.
Разумность как таковая вообще должна стать отдельной политической  позицией, а патриотизм - искренним и  неподдельным, а именно обыденным и естественным состоянием свободных граждан суверенного государства!
В заключение о главном:  де-юре и де-факто существование независимой, стабильно развивающеся, мирной и безопасной страны – Республики Южная Осетия – есть национальная идея нового поколения ее граждан. Идея, ради которой надо жить, бороться и побеждать в мирном развитии, работать на созидание во имя будущего нашей страны и грядущих поколений!