Статьи

Кто приручит «Исламское государство»? / Мария Кабасакалова

08.06.2015 14:44

«Исламское государство» – феномен в террористическом мире. Свержение С. Хусейна в 2003 г. и волна государственных переворотов, последовавшая за «арабской весной» 2011 г., вызвали джинна радикального ислама, равных которому среди террористических организаций ранее не было. Зародившееся в Ираке «Исламское государство» стало активно расширять сферы своего присутствия и влияния, распространяясь на Сирию, Ливию, Египет, Йемен, Афганистан и превращая захваченные территории в очаги терроризма. В июне 2014 г. лидеры «Исламского государства Ирака и Леванта» объявили о создании Халифата и провозгласили своей целью расширение его границ на все территории, населенные мусульманами, и введение норм шариата в качестве единственно верной правовой основы нового «государства». На карте «Исламского государства» Халифат занимает огромные территории: половина африканского континента, вся Центральная Азия, часть России (Кавказ, Крым, Татарстан, Башкирия), монархии Аравийского полуострова, Израиль, Турция, Иран, Афганистан, Пакистан, а также часть Европы – Греция, Балканы, Молдова, Румыния, Венгрия, Португалия и Испания. Столь широкая география определяет угрозу, исходящую от этой террористической структуры, для всей системы глобальной безопасности.

Осознавая уязвимость пользования исключительно внешними источниками финансирования, ИГ избрало тактику финансового самообеспечения. Так, среди основных статей доходов исламистов значатся: контрабанда сырой нефти с разработанных месторождений Ирака и Сирии; присвоение средств захваченных банков (например, центрального банка в иракском городе Мосул); открытое вымогательство, в том числе «налог на жизнь», взимаемый с немусульманского населения в обмен на разрешение проживать на подконтрольных ИГ территориях; похищения граждан иностранных государств с целью выкупа или продажи в рабство; расхищение и контрабанда антиквариата.

«Исламское государство» располагает мощной пропагандисткой машиной. Постановочные видео, прославляющие боевиков и клеймящие всех несогласных с «чистым исламом», направлены на вербовку новых кадров. Результативность этого механизма говорит сама за себя: по официальным данным, в рядах джихадистов состоят выходцы из почти 90 стран мира. Каков контингент ИГ? В этом организация немногим отличается от других террористических структур: помимо религиозных фанатиков, большинство «молодых игиловцев» составляют люди, неудовлетворенные своим положением, зачастую безработные, но главное – социальные «отщепенцы», маргиналы, неспособные самоутвердиться в социуме и стремящиеся добиться «признания» в рядах террористов.

Для них не существует понятий «духовные ценности», «историческая память»; они не привязаны к какой-либо культурно-религиозной цивилизации. Подтверждением этому может служить, во-первых, уничтожение памятников исторического наследия (в частности, сжигание древних книг и манускриптов, безвозвратное разрушение руин древних ассирийских городов, просуществовавших более двух тысяч лет), причем как христианской (древняя Зеленая церковь в Тикрите), так и мусульманской (старинная тикритская мечеть Аль-Арбейн) культуры. Во-вторых, массовые казни «врагов ислама», каковыми являются и христиане, и иудеи, и мусульмане, отошедшие, по мнению игиловских фанатиков, от «чистого ислама». Цель первого – не только финансовая прибыль от продажи осколков мирового наследия на черных рынках, но и уничтожение истории и культуры, искоренение цивилизационной основы на захваченных землях с последующим созданием совершенно новой «платформы» для будущих поколений, примитивной, «топорной», не «отягченной» великим прошлым, на фоне которого игиловцы выглядят дикими варварами. Задача второго – «зачистка» территорий от «нелояльного» и «неверного» контингента для более эффективного и менее затратного управления ими, а также запугивание (потенциальных) борцов с ИГ. Немаловажен здесь и другой аспект психологического влияния – демонстрация силы и безнаказанности в целях привлечения все большего числа молодых джихадистов. Число жертв среди мирного, ни в чем не повинного населения неважно – террористы руководствуются единственным принципом – «цель оправдывает средства».

Из локальной группировки «Исламское государство» превратилось в реальную угрозу всем международным игрокам, приобретя статус глобальной проблемы.

Первыми под удар попали Ирак и Сирия. Военная кампания США превратила некогда процветавший Ирак в фактически расколотое государство, стоящее на краю финансово-экономического коллапса. Иракская армия, на вооружение которой Пентагон потратил миллиарды долларов, на деле проявила себя как небоеспособная: фактическое разделение на военные контингенты двух образцов – американского и иранского, высочайший уровень коррупции, «мертвые души» в офицерском составе, продажа должностей, кризис боевого духа офицеров привели к тому, что треть страны, включая крупнейшие города Мосул, Тикрит и Рамади, захвачена боевиками «Исламского государства». Более чем половина территории Сирии находится под властью ИГ, целью которого является уничтожение режима Б. Асада. Призывы Запада к «внутринациональному диалогу» правительства с «умеренной» оппозицией, по сути, не несут никакой смысловой нагрузки – «умеренной» оппозиции в Сирии больше нет. Нерадикальные по характеру оппоненты Б. Асада сотрудничают с правительством, объективно понимая, что в случае его свержения к власти придут исламские фанатики, которые погрузят страну в еще более кровавый хаос гражданской войны.

Ирак и Сирия находятся на грани выживания и существования в своих нынешних границах. Реальная помощь правительствам обеих стран представлена лишь Ираном и Хезболлой, которые, впрочем, сами находятся под прицелом игиловских джихадистов.

Ливия. Погруженная в гражданскую войну после убийства М. Каддафи, Ливия является слабым звеном перед угрозой закрепления там ячеек «Исламского государства». На сегодняшний день известно о наличии тренировочных лагерей на востоке страны, количество которых постепенно увеличивается. Кроме того, Ливия стала местом жестокой казни египетских христиан, видеозапись которой была опубликована исламистами. Заинтересованность последних в Джамахирии объясняется как энергетическим фактором в силу обширных нефтяных запасов страны, так и географическим – близость Ливии к Европе.

Европа также не смогла избежать влияния идей и вербовочных механизмов исламистов. Несмотря на творимые зверства, «Исламское государство» не встречает однозначного неприятия и порицания со стороны европейцев. Особенно подвержена внешнему влиянию молодежь. Так, по данным опроса, проведенного агентством ICM Research, 13% немецких респондентов в возрасте от 16 до 25 лет высказали положительное отношение к организации «Исламское государство». Среди английской молодежи того же возраста был отмечен показатель в 4%; наибольшее количество одобряющих ИГ было выявлено во Франции – 45% опрошенных в возрасте от 16 до 25 лет. По неофициальным данным, среди боевиков «Исламского государства» находятся около 1200 французов и 1000 британцев. Кроме того, опасность европейским странам несет и малоконтролируемая миграция из стран (Северной) Африки. Так, в 2014 г. через Средиземное море в Европу прибыли более 200 тысяч мигрантов, что особенно ярко выявляет угрозу проникновения экстремистских и радикальных элементов в европейские страны.   

Ситуация в Афганистане крайне сложна и неоднозначна. Страна обескровлена многолетней войной, слабое правительство контролирует лишь часть территории, а низкий уровень военной подготовки афганской армии схож с иракской, которую также «обучали» американские инструкторы. Все это способствует распространению влияния «Исламского государства» на Афганистан. Несмотря на данные о деятельности ячеек ИГ в ряде провинций страны, однозначной оценки угрозы со стороны организации нет. Так, глава афганской разведки Р. Набиль заявил, что серьезную угрозу Афганистану «Исламское государство» не представляет. В то же время советник президента ИРА по национальной безопасности Мохаммад Х.Атмар, напротив, крайне обеспокоен активностью исламистской группировки на афганской территории. На пути стремительного распространения влияния ИГ в Афганистане стоит Талибан. Вместе с тем, движение талибов не едино, оно разделено на два условных крыла: «националистов», выступающих за суверенный Афганистан под их властью, и «ваххабитов», еще более радикальных в воззрениях и интернационально настроенных, способных переходить (и частично переходящих) под черные знамена ИГ. Таким образом, широкое появление «Исламского государства» в Афганистане – вопрос времени и внешних обстоятельств, тем более учитывая активную вербовочно-пропагандистскую работу ИГ в ряде провинций.

Среди основных факторов, представляющих наибольший интерес для игиловцев в Афганистане, можно выделить два. Первый – огромный сверхприбыльный «наркорынок», за раздел которого борются «Исламское государство» и Талибан. Неслучайно первые ячейки ИГ появились в провинциях, производящих около 90% героина (Гильменд, Нангархар, Кундуз и др.). Второй – выход к республикам Центральной Азии – Узбекистану, Таджикистану и Туркменистану. Это, в свою очередь, стало одной из причин, обусловивших присоединение к ИГ «Исламского движения Узбекистана», стремящегося создать шариатское исламское государство на территории пяти центральноазиатских государств.

Центральная Азия стоит перед непосредственной угрозой распространения исламистской идеологии и физического проникновения «Исламского государства» на свою территорию. Сигналом для Душанбе стала новость о назначении игиловским эмиром в сирийской провинции Ракка гражданина Таджикистана, имя которого пока не разглашается. По разным данным, под флагами ИГ воюет от 300 до 1000 таджиков. Точных цифр ушедших в ряды «Исламского государства» из Узбекистана и Туркменистана нет, но их также несколько сотен человек. Все они – потенциально способные вернуться на родину террористы. Кроме того, существует и угроза прокладыванию газопровода ТАПИ, поскольку на афганском участке под контролем боевиков находятся практически все территории, по которым может проходить данный проект.

Ввиду концентрации исламистских боевиков на приграничных афганских территориях, правительства трех центрально-азиатских стран предпринимают меры по укреплению границ с Афганистаном. В частности, Узбекистан уделяет особое внимание системе взаимодействия погранпостов, Туркменистан проводит мобилизацию резервистов в пограничных регионах, Таджикистан перевел охрану границы с Афганистаном в усиленный режим, перебросив туда дополнительные военные силы и вооружение. Впрочем, боеспособность этих стран в условиях гипотетического мощного натиска внешних сил остается под вопросом: несмотря на наличие вооруженных сил и определенный опыт ведения боевых действий (например, гражданская война в Таджикистане в 1990-х гг.), они вряд ли выдержат систематические террористические удары. Безусловно, в таких условиях страны Центральной Азии полагаются на помощь России и ОДКБ. В то же время союзники по данной организации не смогут защитить страны региона от разрушительной идеологии «Исламского государства», распространяющейся посредством вербовочных пунктов как на территории самого ЦАР, так и Афганистана.

Россия в любом случае будет помогать странам Центральной Азии, во-первых, в рамках союзнических отношений по ОДКБ, во-вторых, в целях сохранения и укрепления буферной территории, отделяющей ее от ИГ. Заявления ряда игиловских эмиров о намерении «освободить» весь Кавказ (наряду с другими мусульманскими регионами России) в немалой степени носят пропагандистский характер: бравада в адрес одной из мощнейших держав мира призвана продемонстрировать (потенциальным) сторонникам ИГ силу группировки и безнаказанность за свои действия. Вместе с тем, угроза с ее стороны существует. Главным образом, это угроза проникновения боевиков ИГ на российскую территорию, внедрение в ряд «местных» террористических структур (например, «Имарат Кавказ», некоторые полевые командиры которого присягнули ИГ на верность) с последующей идеологической обработкой российской молодежи (зачастую, в салафитских мечетях и соцсетях) и активизацией террористической деятельности в России. В этом контексте опасность также представляют и уже уехавшие воевать в Сирию и Ирак россияне (например, как сообщает один из крупнейших Интернет-сервисов «Кавказский узел», на севере Сирии выходцами из Чечни сформировано подразделение «Аль-Мухаджирин») – по официальным данным их немногим меньше 2 тысяч человек.

Нельзя приручить дикое животное – рано или поздно оно обратит свои клыки против «хозяина». Если рассматривать «Исламское государство» как американо-саудовский геополитический проект, то следует признать, что он может быть эффективным для «внешних управленцев» лишь временно – минимум для создания серьезной напряженности у границ Ирана, России и Китая (через исламский Синьцзян-Уйгурский район), максимум – для свержения режимов в Сирии, Иране, навязывания региону Ближнего и Среднего Востока бесконечной междоусобной войны, по возможности, с вовлечением в нее России и Китая. Однако на деле ИГ становится все менее контролируемым.

Королевство Саудовская Аравия, долгое время финансировавшее сирийских «оппозиционеров», составивших основу «Исламского государства», стало его мишенью. В рядах игиловцев воюет от 5 до 7 тыс. боевиков из КСА. Призывы руководства ИГ к саудовским ваххабитам «освободить» Королевство от шиитов вылились в теракты в ноябре 2014 г. и мае 2015 г. в Восточной провинции, населенной преимущественно шиитами. Учитывая идеологическую близость радикальных ваххабитов и достаточно высокий уровень поддержки со стороны саудовской молодежи (по некоторым данным, около 80% симпатизирующих), тактика ИГ направлена на разжигание внутриполитического кризиса в Саудии.

Одна из провозглашенных целей игиловцев – захват двух мусульманских святынь – Мекки и Медины (здесь стоит вспомнить и угрозы У. бен Ладена, считавшего, что прозападный король КСА не достоин быть «хранителем двух святынь»). Именно на пути хаджа в Мекку (из Ирана, Ирака и Кавказа) была совершена атака на КПП в Северной провинции КСА в январе 2015 г. Все это подтверждает слова одного из лидеров ИГ, объявившего, что Саудовская Аравия стала зоной боевых действий организации. Для руководства КСА становятся все более очевидными просчеты в оценке рисков от деятельности «Исламского государства». Результатом этого стали не только «перестановки» в политическом и военном руководстве КСА, но и начало работ по созданию «Великой стены» вдоль границы с Ираком (представляющей собой заградсооружения из рва и стены протяженностью более 900 км) и усилению этой приграничной территории частями армии и средствами технического мониторинга.

В августе 2014 г. газета «Коммерсант» опубликовала выдержки из речи ныне покойного саудовского короля Абдаллы II, произнесенной им во время встречи в Эр-Рияде с иностранными послами. По словам короля, «эти террористы не знают гуманности. Если это (ИГ) оставить без внимания, то спустя месяц они достигнут Европы, а спустя еще месяц – Америки». Многие в США считают, что сражающиеся в Сирии и Ираке боевики – нечто эфемерное, далекое и не представляющее опасности. Вместе с тем, в январе 2015 г. появилась информация о взломе «Исламским государством» Twitter- и YouTube-аккаунтов CENTCOM – Центрального командования Вооруженных сил США, отвечающего за военное планирование на Ближнем Востоке, в Африке и Азии. Ответственность за стрельбу на техасской выставке карикатур также взяло на себя ИГ, объявив, что «это только начало». В Штатах уже были задержанные, связанные с данной структурой. США объективно являются одной из целей игиловцев, поскольку «удачно» проведенный теракт в Америке значительно повысит имидж «Исламского государства» среди разделяющих его идеологию и привлечет новых последователей.

Географическое положение США, омываемых двумя океанами, не является преградой для терроризма, не знающего границ. В интервью американскому телеканалу CNN бывший глава ЦРУ М. Хайден заявил, что появление ИГ в Америки лишь «вопрос времени, а не намерений». Не секрет, что 17 из 25 полевых командиров и руководителей ИГ (в том числе Абу Бакр аль-Багдади) с 2004 по 2011 гг. находились в американских военных тюрьмах. В 2013 г. в Сирии с главой «оппозиции» аль-Багдади встречался сенатор Дж. Маккейн, сегодня заявляющий об угрозе, исходящей от ИГ. Согласно заявлению начальника генерального штаба Вооруженных сил Ирана Х. Фирузабади, приведенному агентством ТАСС, «самолеты американских ВВС регулярно совершают полеты в аэропорты, контролируемые «Исламским государством», доставляя туда оружие, деньги, продукты питания». Таким образом, «Исламское государство» – во многом результат политики США на Ближнем Востоке, создавшей фон и условия для его появления и развития.

Сегодня на Ближнем Востоке происходят процессы, способные перекроить всю карту региона. Ведущую роль в этих процесса играет ИГ – деструктивный элемент глобального масштаба, несущий угрозу всей системе международной безопасности. Несовпадение интересов и противоречия в различных «лагерях» формальной, неконсолидированной «антиигиловской» коалиции выгодны исламистам. Реальными борцами с «Исламским государством» выступают сирийское и иракское ополчение, отряды Хезболлы и иранского КСИР. Единичные ракетно-бомбовые удары по позициям ИГ фактически безрезультатны: территория группировки лишь увеличивается, а освобождение 30% иракских и 50% сирийских земель только лишь при помощи авиаударов невозможно. Кроме того, учитывая, что в ходе бомбежек, несогласованных с правительством в Дамаске, уничтожаются и объекты нефтяной инфраструктуры Сирии, «кампания» США против «Исламского государства» выглядит ширмой для достижения стратегических интересов Вашингтона.

Фактическое попустительство мировым сообществом действий исламистов из ИГ, ограничивающееся «осуждением» и заявлениями о «неприемлемой жестокости», способствует распространению и взращиванию семян радикального ислама в других регионах мира, особенно на фоне растущего «признания» «Исламского государства» экстремистскими группировками в Африке (в Мали, Алжире, Нигерии) и Азии (в Пакистане, Индонезии, на Филиппинах).    

Кабасакалова Мария Георгиевна – аспирантка кафедры теории и истории международных отношений РУДН

Другие публикации


09.01.19
Журнал «Освобождение». 1903. №17 (41)
09.01.19
Журнал «Освобождение». 1903. №15/16 (39/40)
20.11.18
Журнал «Освобождение». 1903. №14 (38)
20.11.18
Журнал «Освобождение». 1903. №12 (36)
20.11.18
Журнал «Освобождение». 1903. №11 (35)
VPS

Новости партнёров


Загрузка информера...